Бесплатная горячая линия

8 800 700-88-16
Главная - Наследство - Семейное право наследования по законам хаммурапи

Семейное право наследования по законам хаммурапи

Брачно-семейное и наследственное право по законам Хаммурапи

Первым вопросом в работе предложено рассмотреть брачно-семейное и наследственное право по законам Хаммурапи. Законность брака в Вавилоне, как и везде, определялась по соблюдению определенных юридических формальностей: необходимо было заключить брачный контракт, причем при свидетелях (обычно устный), а иначе этот брак не имел законную силу (п.

128)1 Кузищин В. И. История Древнего Востока. Тексты и документы; Учебное пособие — М: Высшая школа 2002 С191 :

«Если человек возьмет жену и не заключит письменного договора, то эта женщина — не жена»

. Брачному обряду предшествовало заключение определенного соглашения между женихом или его отцом и отцом невесты.

Это были своеобразное обручение. При этом жених вручал семье девушки определенную сумму денег — тирхату и брачный подарок самой новобрачной или её семье — библу (ст.

139, 159). Соглашение не означало в будущем обязательного брака: обе стороны могли от него отступить. Однако это налагало определенную ответственность — моральную и материальную. Если отказывался от брака жених, то он не мог требовать возвращения ни тирхату, ни брачного подарка.

Если же отказывалась невеста или ее семья, то они возвращали все получено в двойном размере (ст. 160). Следовательно, и тирхату, и библу выступали не как плата за товар, то есть девушку, как это было у многих древних народов, а как своеобразная гарантия заключения брака.

Допускали брак свободного с рабыней (ст.

170). Детей от такого брака считали свободными, так же как от брака свободной с рабом (царским или мушкенума). Однако в последнем случае в случае смерти мужчины — раба половина его имущества переходила к его хозяину и только вторую его половину наследовали жена и дети. При бракосочетании отец давал дочери приданое — шерикту.

Шерикту выдавали дочери и при посвящении ее в жрицы. Получив приданое, дочь уже не могла наследовать родительское имущество после их смерти (ст.

183). Шерикту становилось собственностью дочери, однако после бракосочетания переходило в пользование мужа, а после смерти жены — к ее детям. Неверность со стороны жены каралась смертью (п. 129). Были установлены подробные правила для разбирания обвинений такого рода (п.

130 — п. 136) Крашенинникова Н.

А.

«Хрестоматия по истории государства и права зарубежных стран»

, М., 2008г.

При определенных обстоятельствах она могла быть и оправдана, например, в п. 134 говорится:

«Если человек будет уведен в плен, а в его доме нет средств для пропитания, то его жена может войти в дом другого; эта женщина не виновна»

.

Здесь Хаммурапи поступил мудро, включив в судебник такую статью, ибо в условиях частых войн того времени, пленение, видимо, случалось достаточно часто, а так как большинство семей жило, скажем так, ниже среднего уровня и мужчина был единственным кормильцем, то отсутствие подобной статьи могло бы привести просто к сильному сокращению населения и, соответственно, падению силы государства.

При возвращении же воина из плена, его жена возвращалась к нему, что сказано в п. 135, но это правило не распространялось на ее детей, рожденных от другого.

В этом пункте прямо так и говорится: «дети следуют за их отцами». Это может свидетельствовать о том, что эта женщина могла войти в дом другого человека, уже имея собственных детей, и в случае возвращения своего мужа из плена эти дети, конечно же, уходили назад вместе с ней, но она не могла забрать с собой детей рожденных от человека, который ее содержал все это время.

Но, если этот человек, так сказать, дезертировал, то его жена, после его возвращения назад не должна была возвращаться к нему (п. 136).

«Если человек бросит свою общину и убежит и после этого его жена войдет в дом другого, то если этот человек вернется и захочет взять свою жену, — так как он возненавидел свою общину и убежал, жена беглеца не должна возвращаться к своему мужу»

.

Дети, в этом случае тоже, вероятно, не возвращались. Если же жена в отсутствие мужа могла прокормить себя, но вошла в дом другого, то этот случай приравнивался к измене и, соответственно, карался смертью (п. 133). Правда эти законы о супружеской неверности распространялись только на женщин, муж же, наоборот мог сожительствовать с рабынями и прижитых с ними детей признавать своими законными детьми (п.

170). Смертной казнью он карался лишь в том случае, если соблазнил жену свободного человека, хотя если муж этой женщины хотел простить ее, то ему тоже могли сохранить жизнь (п. 128). «Если жена человека будет захвачена будет захвачена лежащей с другим мужчиною, то должно их связать и бросить в воду. Если хозяин жены сохранит жизнь своей жене, то и царь сохранит жизнь своего раба «.

Однако законы в этом случае предусматривают, что если муж будет изменять ей со свободными, «ходить из дома в дом», то жена могла забрать свое приданое и уйти в дом своего отца (п.

142). В определенных обстоятельствах: болезнь жены (п.

148), женитьба на жрице, которой не позволялось иметь детей (п. 145), плохое поведение жены (п. 141)- муж мог взять вторую жену.

Целью этого брака являлось рождение детей, которые унаследуют семейное имущество, и будут поддерживать культ предков.

Весьма интересна в семейных отношениях статья 141: «Если жена человека, которая живет в доме человека, вознамерится уйти и станет поступать расточительно, станет разорять свой дом, позорить своего мужа, то ее должно изобличить, и если ее муж решит покинуть ее, — он может покинуть ее; он может в ее путь не давать ей никакой разводной платы.

Если ее муж решит не покидать ее, то муж ее может взять замуж другую женщину, а та женщина должна жить в доме своего мужа, как рабыня».

Слова «станет разорять свой дом» могут свидетельствовать о том, что замужние женщины в древнем Вавилоне могли наравне с мужчинами заниматься торговыми делами и распоряжаться средствами семьи по-своему усмотрению, естественно на благо семьи.

В этом же случае она могла, так сказать копить свои собственные заначки по вполне понятным причинам. Так как в браке большую роль играло имущество, то Законы Хаммурапи подробно рассматривают вопрос о имущественных отношениях между супругами: о приданом и брачном выкупе (п. 159 — п. 164), о раздельной ответственности по долгам, возникшим до брака (п.

151 — п. 152), об имуществе жены о котором сказано в п.

150, который сам по своему содержанию очень оригинален: «Если человек подарит своей жене поле, сад, дом или движимое имущество и выдаст ее документ с печатью, то после смерти ее мужа ее дети не могут требовать от нее ничего по суду; мать может отдать то, что будет после нее своему сыну, которого любит, брату она не должна отдавать».
150, который сам по своему содержанию очень оригинален:

«Если человек подарит своей жене поле, сад, дом или движимое имущество и выдаст ее документ с печатью, то после смерти ее мужа ее дети не могут требовать от нее ничего по суду; мать может отдать то, что будет после нее своему сыну, которого любит, брату она не должна отдавать»

.

Эта статья говорит, что женщина в Вавилоне могла иметь свое личное имущество, принадлежащее только ей и которым никто, кроме нее, не мог распоряжаться. Не случайно в статье упоминается, что муж должен выдать ей документ, который подтверждает право ее владения.

Наследственного права на это имущество тоже никто не имел. Хотя в законах есть упоминание о выкупе за невесту, однако вавилонский брак не был браком-куплей, так как размер приданого был больше чем размер выкупа. Как уже упоминалось, целью брака было рождение детей и поэтому в случае бездетного брака выход искали в усыновлении чужих детей по согласованию с их кровными родителями или найденышей (п.

185). Из ст.117, 119 также видно, что продавать или выдавать в “кабалу” членов своей семьи иначе, как в уплату уже существующего долга, “человек” не может. Очевидно, возможности свободно (например, не ради уплаты долга, а ради простого обогащенияГрачев М.

Н. История политических и правовых учений ) распоряжаться членами своей семьи его лишил именно Хаммурапи.

Дети обычно становились полноправными лишь после смерти отца и наследования семейного имущества. Законы Хаммурапи и здесь тоже вносят некоторые правовые особенности: так, отец мог лишить сына наследства, если тот дважды совершил тяжелый грех против него (п.

168 и п. 169).

«Если он совершил по отношению к отцу тяжкий грех, достаточный для лишения его наследства, они (судьи) должны на первый раз простить его; если же он совершил тяжкий грех во второй раз, то отец может лишить его наследства»

. Отец также мог признать детей от рабыни своими собственными детьми, со всеми вытекающими отсюда правами, посредством формулы «Мои дети». И после смерти отца они получали свою долю наследства наравне с законными детьми, но даже если он их таковыми и не называл, они после его смерти все равно получали свободу и их мать тоже, правда, в этом случае они уже не могли претендовать на наследство (п.

170 и п. 171). Известными имущественными правами пользовалась также и вдова: она получала свое приданное и вдовью долю, если муж дал ее ей.

Если же муж при жизни не оставил супруге вдовьей доли, то она получала из наследства долю, подобную доле одного наследника. В любом случае она могла и дальше жить в доме своего мужа, правда не могла распоряжаться им, «отдавать за серебро». Причем ее дети не могли насильно выселить ее из дома (п.

171 и п. 172) Известны случаи, когда престарелые отцы при жизни передавали детям свое имущество в обмен на обязательство со стороны детей выдавать отцу, пока он жив, определенное содержание. Такие же договоры заключали иногда со своими детьми и матери, очевидно, передавая им свою «вдовью долю » (свое приданое, а также, если были, подарки мужа).

Дворцовый раб или раб мушкенума могли жениться на свободных, и их дети считались свободными (п. 175).

«Если либо раб дворца, либо раб мушкенума возьмет замуж дочь человека, и она родит детей, то господин раба не может предъявлять претензии к детям дочери человека об обращении их в рабство «

. Вдова такого раба, если она была свободной имела право забрать свое приданое и половину совместного нажитого имущества «для своих детей» (п.

176). Вторая половина отходила к господину умершего раба. Характерно, что дети в этом именуются не «детьми раба», но «ее детьми». Неизвестно, идет ли речь о привилегии рабов царя и мушкенумов, или аналогичными правами могли пользоваться и рабы авилумов, “Законы Хаммурапи” просто не упоминают это как часть обычного права.

Из ст.175-176 видно, что государственные рабы и рабы мушкенумов не только располагали правом иметь семью, включающую лиц любого сословия, но и могли иметь свои хозяйства — “дома” с определенной движимостью (возможно, этой привилегией раб наделялся только благодаря браку со свободной). Очевидно, эти “дома” либо выделялись рабам хозяевами, либо приобретались рабом на собственные средства как частным лицом.

По-видимому, такой “дом” при жизни раба считался неотъемлемым придатком его самого как собственности господина (во всяком случае, возможные конфликты по поводу принадлежности такого “дома” “Законы Хаммурапи” игнорируют), а по смерти раба отходил в непосредственное распоряжение господина. Всякий царский служащий или работник владел землей из дворцового фонда лишь условно, в зависимости от выполняемой им службы. Царь мог в любое время отнять такую землю у владельца или заменить ему один надел на другой.

В случае смерти владельца земля не переходила по наследству, если на наследника нельзя было возложить ту же службу; однако по мере того как во множестве случаев эта земля все же переходила к сыну владельца и так как администрация редко считала нужным менять условия землепользования, то надельная земля со временем все более становилась прочным достоянием владельца и его семьи (п. 27 — п. 29, п. 31 — п. 32) Таким образом, государство поощряло наследственную передачу статуса военного. Примечательно, что о замещении убитого военного “Законы Хаммурапи” молчат; очевидно, этот вопрос решался соответствующим чиновником согласно сложившейся административной практике.

Однако если сын пропавшего без вести военного был преимущественным наследником статуса своего отца, то тем более это должно было относиться к сыновьям убитых. Статья 31:

«Если же он (воин) будет отсутствовать только один год и вернется, то должно отдать ему его поле, сад и дом, и он сам будет нести свою повинность»

. И в письмах того времени эта земля часто называется, так же как собственная земля, «владением отцовского дома».

Тем не менее земля эта, а также дом и огород, расположенный на ней, не могли отчуждаться по произволу владельца (п.

35 — п. 38). Статья 38:

«Редум, баирум или приносящий доход не может отписывать из поля, сада или дома, связанных с его повинностью, своей жене или дочери, а также отдавать за свой долг»

. Вернувшемуся из плена воину был обеспечен его надел (п.

27), а в случаи гибели воина его надел передавался его совершеннолетнему сыну, если же совершеннолетнего сына не было, то его матери с детьми выдавалась треть надела на пропитание (п.

29). «Если сын его малолетен и не может нести повинность своего отца, то должно отдать треть поля и сада его матери, и мать вырастит его». О дальнейшей его службе ничего не говорится, так что речь, очевидно, идет о земельной “пенсии”, выделяемой малолетнему сыну пропавшего без вести военного. Служащим царя не возбранялось приобретать частную землю из общинного фонда (п.
Служащим царя не возбранялось приобретать частную землю из общинного фонда (п.

39)

«Из поля, сада и дома, которые он купил и приобрел, он может отписывать своей жене и дочери, а также отдавать за свой долг»

.Таким образом, надитум, тамкар и люди прочих видов царской службы (но не военные и “несущие подать”, см.

ст.41!) могли продавать свой ильк вместе с его обеспечением любому желающему, т.е.

уходить с царской службы, подыскав заместителя и оформив передачу ему своего надела и службы как акт купли-продажи. Свободно продавать свои участки как частные было, однако, запрещено и им (ст.71). Поскольку речь шла о высокообеспеченных и почетных должностях, наделы и ильки, упомянутые в ст.40, как правило, доставались “авилумам”.

Данная статья вкупе со ст.36-37 запрещает военным и “несущим подать” проводить ту же операцию, что прочим царским людям по ст.40, пользуясь тем же методом, что в ст.35,37.

Таким образом, “Законы Хаммурапи” стремятся исключить передачу наделов и службы военными и “несущими подать”, делая их фактически наследственными крепостными.

Причины, по которым таких препятствий не чинили “царским людям” ст.40, можно восстановить только приблизительно. В ст.40 речь идет о “царских людях” высшей категории, самих по себе малочисленных, не заинтересованных в избавлении от своей службы и в то же время наделяемых достаточным количеством земли для того, чтобы ее не мог откупить “случайный” покупатель, а таких покупателей вообще не находилось много.

С “царскими людьми” ст.41, служба которых достаточно обременительна, дело обстоит прямо противоположным образом, и предоставление им права свободно передавать ильк привело бы на деле к неконтролируемому массовому перераспределению участков и “текучести кадров”, сопровождающейся всевозможными злоупотреблениями и, что особенно важно подчеркнуть, концентрацией государственной земли в руках крупных собственников (на полученную землю те сажали бы собственных зависимых людей — хотя бы ее же вчерашних владельцев — которые и несли бы реально за них ильк).

Такое внедрение “промежуточных” крупных эксплуататоров между государством и реальным работником на участке государственной земли и стремятся исключить “Законы Хаммурапи”. Ст. 42-70-е Крашенинникова Н. А.

«Хрестоматия по истории государства и права зарубежных стран»

, М., 2008г., с.22-26 регулируют операции с недвижимостью и ответственность за правонарушения, связанные с недвижимым имуществом.

При этом ст.42-48 касаются аренды целины и поля, ст.60-65 — аренды сада (арендная плата во втором случае выше, чем в первом, поскольку и работа арендатора сада намного легче).

Ст. 49-52 посвящены залогу земли. “Законы Хаммурапи” оставляют во всех случаях арендованную и заложенную землю за первоначальным владельцем и всячески подчеркивают его права. Цель этого — исключить переход арендованного участка в руки арендатора и идущую таким способом концентрацию земли.

Рекомендуем прочесть:  Как высчитавать доли по наследству

В частности, при залоге урожай должен оставаться в руках истинного владельца заложенной земли, и тот отдает заимодавцу сумму заклада, лишь продав урожай (собранный заимодавцем, ст.49-50). Заключительные требования “Законов Хаммурапи” (угроза всевозможными бедствиями царю и стране, которые осмелились бы хоть в чем-то отступить от “Законов Хаммурапи” Кузищин В. И. История Древнего Востока. Тексты и документы; Учебное пособие — М: Высшая школа 2002 С191 ) уникальны для законодательных сборников Месопотамии.

Они доказывают, что Хаммурапи, едва ли не единственным из всех правителей Месопотамии, искренне полагал, что ему удалось найти оптимальный государственный порядок “на все времена”, и свидетельствуют о серьезных (однако недолговечных) идеологических сдвигах в его правление, сделавших возможным публичное провозглашение этой уверенности как основы государственной политики.

Брачно-семейное и наследственное право

Законы содержали указания о регулировании брачно-семейных отношений, которые носили патриархальный характер (закрепляли власть домовладыки и неравенство супругов, полное подчинение детей отцу).

В отдельных случаях жена имела право заключать имущественные сделки. Но из этого не следует делать вывод, что супруги были равноправны.

Для мужчины допускалось многоженство.

Домохозяин имел огромную власть над членами семьи, мог заставить их трудиться как рабов, продать в рабство, отдать в жрицы свою дочь, отсечь сыну пальцы рук, если последний его ударил. Брак прекращался со смертью одного из супругов или на основе развода, который был легко осуществим для мужа (в случае болезни жены или если он уличил последнюю в растрате совместного имущества и др.).
Брак прекращался со смертью одного из супругов или на основе развода, который был легко осуществим для мужа (в случае болезни жены или если он уличил последнюю в растрате совместного имущества и др.).

Положение женщины в вавилонской семье эпохи Хаммурапи несравненно выше обычного положения ее на Востоке. Она — самостоятельная хозяйка в семье, в вне последней — граждански полноправная личность. Выходя замуж, она может через особую оговорку в брачном договоре отказаться от ответственности за добрачные долги мужа (ст.

151). Приданое остается её собственностью и по выходу замуж, находясь лишь в заведовании и пользовании мужа. В случае продолжительной служебной отлучки мужа и малолетства детей, жена заведует домом, а по смерти мужа на неё переходит его власть над семьею Волков, И. М. Законы вавилонского царя Хаммурапи.

— М. : 1914. — С. 74. Законы Хаммурапи устанавливают обязательность «брачного договора» при заключении брака (без него брак недействителен). Такой договор, вопреки широко распространенной в современной науке точке зрения, не был письменным: письменный договор заключался лишь в особых случаях (при взятии второй жены и т.п.) Якобсон, В.

А. Законы Хаммурапи как источник по истории Древней Месопотамии : автореферат. — Ленинград : 1988. — С. 30-31.

Ни ранний возраст невесты, ни отсутствие согласия женщины не были препятствием для заключения брака.

Тесть мог требовать от будущего зятя выкуп за дочь, но и был обязан дать ей приданое. В случае смерти мужа, распада семьи не по вине жены ей разрешалось взять свое приданое обратно.

Если муж изменял жене или без основания обвинял ее в неверности, жена могла взять приданое и вернуться к своим родителям. В ряде случаев не было препятствием к браку и рабское положение мужа (ст.

175-176). Одним из распространенных условий брака была выкупная плата («тархатум»), вносимая женихом семье невесты в качестве компенсации за потерю рабочей силы.

Сначала выплачивался задаток, предварительный брачный дар по случаю обручения («библум»). Нарушение брачного договора со стороны жениха влекло за собой потерю им и задатка, и выкупной платы (ст. 159), со стороны тестя — двойную плату того и другого. Если женщину, изменившую мужу, бросали в воду (когда муж ее не прощал), то и длящаяся измена мужа, который «ходит из дома и очень позорит свою жену», давала право женщине уйти от мужа со своим приданым в дом отца.
Если женщину, изменившую мужу, бросали в воду (когда муж ее не прощал), то и длящаяся измена мужа, который «ходит из дома и очень позорит свою жену», давала право женщине уйти от мужа со своим приданым в дом отца.

Это право она приобретала и, тогда, когда муж покидал общину или клеветал на нее. Оправдывался также уход женщины к другому мужчине «из-за пропитания» — в случае отсутствия мужа.

После возвращения мужа она должна была вернуться к нему, дети же должны «были идти за своими отцами» (ст. 135). Брак в Вавилоне не считался нерасторжимым. По закону оставление мужем жены оговаривалось определенными условиями.

Муж не мог покинуть даже больную проказой жену (ст. 142). Он мог уйти от бесплодной жены, дав ей выкуп и вернув приданое (ст.

138). Но он не мог ввести в дом в этом случае наложницу, если жена предоставляла ему рабыню с целью рождения детей. Рабыня, однако, не могла «равняться с госпожой» (ст. 146). Только расточительную и позорящую мужа жену можно было покинуть без всякой выкупной платы, оставив ее «в доме в качестве рабыни» (ст.

141). Особо в законах Хаммурапи говорилось о правосудие в отношении женщин, на характер наказаний наложило отпечаток положение женщины в семье.

Закон предусматривает ответственность жены за неверность, распутное поведении её. Так, ст. 129 предусматривает:

«Если жена человека будет захвачена лежащей с другим мужчиною, то должно их связать и бросить в воду»

, или ст.

153 гласит:

«если жена человека даст умертвить своего мужа из-за другого мужчины, то эту женщину должно посадить на кол»

. Весьма интересны также нормы, касающиеся усыновления.

Новорожденный ребенок мог быть отвергнут своим отцом. В этом случае его сразу же (не отмыв от крови и амниотических вод) передавали для усыновления или просто выбрасывали.

Если такой ребенок был подобран или усыновлен, усыновление не могло быть расторгнуто.

Ребенок, усыновленный по соглашение с его родителями, мог быть истребован обратно, если усыновитель не выполнил своих обязательств по этому соглашению Якобсон, В. А. Законы Хаммурапи как источник по истории Древней Месопотамии : автореферат. — Ленинград : 1988. — С. 32.

Брачно-семейное и наследственное право по судебнику Хаммурапи

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Университет Натальи Нестеровой РЕФЕРАТ На ТЕМУ: брачно-семейное и наследственное право по судебнику Хаммурапи Выполнил: Проверил: Бийск 2006 Содержание: Изучение древних судебников, одним из которых и является судебник Хаммурапи и на сегодняшний день, не потеряло своей актуальности.

Судебники, являются самыми первыми законами, а их составители — первыми людьми попытавшимися установить некоторые социальные нормы поведения, чтобы управлять людьми, ведь единственная сила отделяющая государство от хаоса — это закон.

Хотя законы эти по нашим сегодняшним меркам могут показаться примитивными, но иногда и в них можно почерпнуть что-нибудь ценное, что неплохо было бы и перенять нам сегодня. Законы также могут свидетельствовать об уровне развития государства.

Чем совершеннее государство — тем совершеннее и законы.

Изучая вавилонский кодекс можно прийти к заключению, что Вавилон уже в те времена находился на достаточно высоком уровне развития и обладал сложными социальными отношениями.

Наконец из законов можно узнать также о нравах, о обычаях какого-нибудь государства того времени. Из всего этого видно, что изучение древних судебников дело стоящее. Законы Хаммурапи (1792 — 1750 гг.

до н. э.) — шестого царя первой вавилонской династии были найдены французской экспедицией в 1901 г.

в Сузах (столица Элама). Сейчас хранятся в Луврском музее в Париже.

Первые правители небольшого царства Вавилона вели осторожную политику, заключая союзы с сильными соседними государствами – Ларсой, Исином, Мари, причём точно выбирали наиболее выгодного партнёра. Так, первая пятёрка Вавилонских царей смогла значительно расширить свои владения, но Вавилон ещё не достиг уровня союзников. Положение меняется, когда к власти приходит шестой царь Вавилона – Хаммурапи, который был одним из величайших политиков древности.

Он управлял Вавилоном с 1792 по 1750г. до н.э. Взойдя на трон небольшого царства, расположенного в среднем течении Евфрата, Хаммурапи закончил свои дни повелителем огромного по тем меркам государства, включавшего в себя основную часть Двуречья.

Нередко, даже не прибегая к использованию собственных войск, но используя продуманную систему политических союзов, он мог разгромить самых сильных своих противников, впрочем, и союзников тоже.

Таким образом, Вавилонский царь расправился с царем северного государства Мари, которого звали Зимри-Лим. После объединения страны Хаммурапи пришлось решать очень сложные задачи. С одной стороны – чтобы его владения не распались на отдельные области, как это было, власть царя должна быть могущественной.

Однако, с другой стороны, Хаммурапи не мог отбирать у крестьян земли, собирать ремесленников в царские мастерские, вновь создавать крупные царские хозяйства. Действия такого рода привели бы к моментальному упадку страны – люди успели привыкнуть к относительной свободе, самостоятельности, к доходам от рыночной торговли.
Действия такого рода привели бы к моментальному упадку страны – люди успели привыкнуть к относительной свободе, самостоятельности, к доходам от рыночной торговли.

Но мудрый Хаммурапи нашёл приёмы, позволяющие царю управлять деятельностью подданых, став автором самого известного на Древнем Востоке сборника законов, названного историками «Кодексом Хаммурапи». В 1901 – 1902 гг. Французские археологи раскапывали развалины города Сузы, на протяжении многих веков являвшегося столицей государства Элам, восточного соседа древней Вавилонии. Вдруг лопата одного из работавших ударилась о какой-то камень.

Очень осторожно, чтобы не испортить интересный предмет, удалили слой земли и извлекли сначала один, а впоследствии второй и третий куски каменного столба.

Учёным сразу врезались в глаза надписи и изображения, вырезанные на гладко вышлифованной поверхности чёрного камня искусным резчиком. Пришлось приложить огромные усилия для того, чтобы почти полностью, за исключением нескольких трещин и выбоин, составить и тщательно склеить драгоценные для науки обломки – закруглённый базальтовый столб, высотой в 2м. На лицевой стороне наверху были вырезаны две рельефные мужские фигуры с внушительными окладистыми бородами, в длинных одеждах, ниспадающих до самых пят.

Один из этих старцев восседал на троне. Его голова была увенчана высоким остроконечным тюрбаном, а в правой, протянутой вперёд руке, он держал коротенький жезл и большой круглый браслет. Другой стоял перед троном в подчительной позе.

Находка была перевезена в Париж и выставлена в одном из залов Луврского музея.

Вавилонские клинописные тексты на поверхности столба впервые прочитал и перевёл на французский язык выдающийся учёный В. Шейль. Затем последовали переводы на другие языки, в том числе и на русский.

Оказалось, что на столбе записан тот самый «Кодекс царя Хаммурапи» (либо «Законы царя Хаммурапи»). Фигуры, выгравированные на столбе, изображали самого царя Хаммурапи и бога солнца Шамаша. Бог как бы утверждал законы, изданные царём, и разрешал ему от имени богов творить суд и расправу над всеми своими подданными.

Клинописный текст состоит трех частей: введения, законов и заключения. В первой и последней части Хаммурапи характеризует себя и свое правление, а также указывает цель составления законов: чтобы сильный не угнетал слабого и т.

д. В верхней части лицевой стороны столба изображен Хаммурапи, стоящий в молитвенной позе перед сидящим богом солнца и правосудия Шамашем, вручающим ему законы. Таким образом, провозглашается религиозно-правовое основание власти царя и цель издания им законов.

Законы Хаммурапи представляют собой результат тщательного обобщения и систематизации разновременных писаных и неписаных правовых норм.

Они не содержат исчерпывающего свода таких норм (отсутствуют, например, нормы устанавливающие наказание за простую кражу, за умышленное убийство, за чародейство и т.п.), но такая задача, видимо не ставилась.

Подобного рода простейшие случаи предполагались общеизвестными и не вызывающими разногласий. Законы Хаммурапи рассматривают лишь те случаи, по поводу которых действующие нормы права различных областей страны расходились между собой. Законы Хаммурапи содержат несколько сот правовых норм, относящихся, если употреблять современную терминологию, как к уголовному, так и к гражданскому (а также и к процессуальному) праву.

Сами же вавилонские юристы такого различия не проводили, и его не знает ни одна древняя система права.

Каждая норма вводится словом «если» после чего следует изложение возможной ситуации и вытекающих из неё юридических последствий. При издании текста законов он был разбит на «параграфы», или «статьи», снабженные нумерацией (сам текст такой нумерации, естественно, не имеет, так как, вероятно, выучивался наизусть). Всего таких параграфов — 282.

Нормы внутри Законов Хаммурапи группируются по «предмету» регулирования, а расположение норм внутри групп и переходы от группы к группе осуществляется по принципу ассоциации.

Так, первая группа норм (п.1 — п.5) устанавливает кару за важнейшие правонарушения: ложные обвинения в убийстве или чародействе, лжесвидетельство и «изменение» судебного решения судьей.

Следующие статьи (п. 6 — п. 25) посвящены охране собственности царя, храмов, общинников и царских людей. Последний параграф этого раздела касается противоправного завладения чужим имуществом. Поэтому следующий раздел (п.26 — п.

41), касающийся имущества полученного от царя за службу, начинается с параграфа согласно которому воин, не пошедший в поход или пославший вместо себя наёмника, подлежит смертной казни (не за «дезертирство», как обычно считают, а за то, что, не выполнив своих обязанностей и утратив тем самым право на служебный надел, продолжает им пользоваться, т.е.

за «кражу»). Последний параграф этого раздела касается вопроса о противоправном использовании чужого поля, а п. 42 (первый в следующей группе) — тоже об использовании чужого поля, но в другом аспекте. Эта четвертая группа норм (п.

42 – п. 88) регулирует операции с недвижимостью и ответственность за правонарушения, касающиеся этого имущества. Дальнейшие разделы посвящены следующим нормам: п.89 — 126 — торговые и коммерческие операции. п.127 — 195 — семейное право.

п.196 — 214 — умышленные и неумышленные телесные повреждения. п.215 — 282 — операции с движимым имуществом, включая наем имущества и личный наем (эти два вида правоотношений вавилонские юристы рассматривали как один). Семейные отношения видимо играли в Вавилоне достаточно большую роль, т.к.

им в Законах Хаммурапи уделяется немало внимания. Брак в Вавилоне, как и везде, считался законным при соблюдении определенных юридических формальностей: необходимо было заключить брачный контракт, причем при свидетелях (обычно устный), а иначе этот брак не имел законную силу (п. 128):

«Если человек возьмет жену и не заключит письменного договора, то эта женщина — не жена»

.

Неверность со стороны жены каралась смертью (п. 129). Были установлены подробные правила для разбирания обвинений такого рода (п.

130 — п. 136). При определенных обстоятельствах она могла быть и оправдана, например, в п. 134 говорится:

«Если человек будет уведен в плен, а в его доме нет средств для пропитания, то его жена может войти в дом другого; эта женщина не виновна»

.

Здесь Хаммурапи поступил мудро, включив в судебник такую статью, ибо в условиях частых войн того времени, пленение, видимо, случалось достаточно часто, а так как большинство семей жило, скажем так, ниже среднего уровня и мужчина был единственным кормильцем, то отсутствие подобной статьи могло бы привести просто к сильному сокращению населения и, соответственно, падению силы государства. При возвращении же война из плена, его жена возвращалась к нему, что сказано в п.

135, но это правило не распространялось на ее детей, рожденных от другого.

В этом пункте прямо так и говорится: «дети следуют за их отцами». Это может свидетельствовать о том, что эта женщина могла войти в дом другого человека, уже имея собственных детей, и в случае возвращения своего мужа из плена эти дети, конечно же, уходили назад вместе с ней, но она не могла забрать с собой детей рожденных от человека, который ее содержал все это время. Но, если этот человек, так сказать, дезертировал, то его жена, после его возвращения назад не должна была возвращаться к нему (п.

136).

«Если человек бросит свою общину и убежит и после этого его жена войдет в дом другого, то если этот человек вернется и захочет взять свою жену, — так как он возненавидел свою общину и убежал, жена беглеца не должна возвращаться к своему мужу»

. Дети, в этом случае тоже, вероятно, не возвращались.

Если же жена в отсутствие мужа могла прокормить себя, но вошла в дом другого, то этот случай приравнивался к измене и, соответственно, карался смертью (п. 133). Правда эти законы о супружеской неверности распространялись только на женщин, муж же, наоборот мог сожительствовать с рабынями и прижитых с ними детей признавать своими законными детьми (п.

170). Смертной казнью он карался лишь в том случае, если соблазнил жену свободного человека, хотя если муж этой женщины хотел простить ее, то ему тоже могли сохранить жизнь (п. 128). «Если жена человека будет захвачена будет захвачена лежащей с другим мужчиною, то должно их связать и бросить в воду.

Если хозяин жены сохранит жизнь своей жене, то и царь сохранит жизнь своего раба «. Однако законы в этом случае предусматривают, что если муж будет изменять ей со свободными, «ходить из дома в дом», то жена могла забрать свое приданое и уйти в дом своего отца (п.

142). В определенных обстоятельствах: болезнь жены (п. 148), женитьба на жрице, которой не позволялось иметь детей (п.

145), плохое поведение жены (п.

141)- муж мог взять вторую жену. Целью этого брака являлось рождение детей, которые унаследуют семейное имущество, и будут поддерживать культ предков.

Весьма интересна в семейных отношениях статья 141: «Если жена человека, которая живет в доме человека, вознамерится уйти и станет поступать расточительно, станет разорять свой дом, позорить своего мужа, то ее должно изобличить, и если ее муж решит покинуть ее, — он может покинуть ее; он может в ее путь не давать ей никакой разводной платы. Если ее муж решит не покидать ее, то муж ее может взять замуж другую женщину, а та женщина должна жить в доме своего мужа, как рабыня». Слова «станет разорять свой дом» могут свидетельствовать о том, что замужние женщины в древнем Вавилоне могли наравне с мужчинами заниматься торговыми делами и распоряжаться средствами семьи по-своему усмотрению, естественно на благо семьи.

В этом же случае она могла, так сказать копить свои собственные заначки по вполне понятным причинам. Так как в браке большую роль играло имущество, то Законы Хаммурапи подробно рассматривают вопрос о имущественных отношениях между супругами: о приданом и брачном выкупе (п.

159 — п. 164), о раздельной ответственности по долгам, возникшим до брака (п. 151 — п. 152), об имуществе жены о котором сказано в п. 150, который сам по своему содержанию очень оригинален:

«Если человек подарит своей жене поле, сад, дом или движимое имущество и выдаст ее документ с печатью, то после смерти ее мужа ее дети не могут требовать от нее ничего по суду; мать может отдать то, что будет после нее своему сыну, которого любит, брату она не должна отдавать»

.

Эта статья говорит, что женщина в Вавилоне могла иметь свое личное имущество, принадлежащее только ей и которым никто, кроме нее, не мог распоряжаться.

Не случайно в статье упоминается, что муж должен выдать ей документ, который подтверждает право ее владения. Наследственного права на это имущество тоже никто не имел. Хотя в законах есть упоминание о выкупе за невесту, однако вавилонский брак не был браком-куплей, так как размер приданого был больше чем размер выкупа.

Как уже упоминалось, целью брака было рождение детей и поэтому в случае бездетного брака выход искали в усыновлении чужих детей по согласованию с их кровными родителями или найденышей (п. 185). Дети обычно становились полноправными лишь после смерти отца и наследования семейного имущества. Законы Хаммурапи и здесь тоже вносят некоторые правовые особенности: так, отец мог лишить сына наследства, если тот дважды совершил тяжелый грех против него (п.

168 и п. 169).

«Если он совершил по отношению к отцу тяжкий грех, достаточный для лишения его наследства, они (судьи) должны на первый раз простить его; если же он совершил тяжкий грех во второй раз, то отец может лишить его наследства»

. Отец также мог признать детей от рабыни своими собственными детьми, со всеми вытекающими отсюда правами, посредством формулы «Мои дети». И после смерти отца они получали свою долю наследства наравне с законными детьми, но даже если он их таковыми и не называл, они после его смерти все равно получали свободу и их мать тоже, правда, в этом случае они уже не могли претендовать на наследство (п.

170 и п. 171). Известными имущественными правами пользовалась также и вдова: она получала свое приданное и вдовью долю, если муж дал ее ей. Если же муж при жизни не оставил супруге вдовьей доли, то она получала из наследства долю, подобную доле одного наследника.

В любом случае она могла и дальше жить в доме своего мужа, правда не могла распоряжаться им, «отдавать за серебро». Причем ее дети не могли насильно выселить ее из дома (п. 171 и п. 172) Известны случаи, когда престарелые отцы при жизни передавали детям свое имущество в обмен на обязательство со стороны детей выдавать отцу, пока он жив, определенное содержание.

Такие же договоры заключали иногда со своими детьми и матери, очевидно, передавая им свою «вдовью долю » (свое приданое, а также, если были, подарки мужа). Дворцовый раб или раб мушкенума могли жениться на свободных, и их дети считались свободными (п. 175).

«Если либо раб дворца, либо раб мушкенума возьмет замуж дочь человека, и она родит детей, то господин раба не может предъявлять претензии к детям дочери человека об обращении их в рабство «

.

Вдова такого раба, если она была свободной имела право забрать свое приданое и половину совместного нажитого имущества «для своих детей» (п. 176). Вторая половина отходила к господину умершего раба. Характерно, что дети в этом именуются не «детьми раба», но «ее детьми».

Прочие рабы, видимо не имели и этих скромных привилегий.

Всякий царский служащий или работник владел землей из дворцового фонда лишь условно, в зависимости от выполняемой им службы.

Царь мог в любое время отнять такую землю у владельца или заменить ему один надел на другой. В случае смерти владельца земля не переходила по наследству, если на наследника нельзя было возложить ту же службу; однако по мере того как во множестве случаев эта земля все же переходила к сыну владельца и так как администрация редко считала нужным менять условия землепользования, то надельная земля со временем все более становилась прочным достоянием владельца и его семьи (п.

27 — п. 29, п. 31 — п. 32). Статья 31:

«Если же он (воин) будет отсутствовать только один год и вернется, то должно отдать ему его поле, сад и дом, и он сам будет нести свою повинность»

. И в письмах того времени эта земля часто называется, так же как собственная земля, «владением отцовского дома». Тем не менее земля эта, а также дом и огород, расположенный на ней, не могли отчуждаться по произволу владельца (п.

35 — п. 38). Статья 38:

«Редум, баирум или приносящий доход не может отписывать из поля, сада или дома, связанных с его повинностью, своей жене или дочери, а также отдавать за свой долг»

. Вернувшемуся из плена воину был обеспечен его надел (п.

27), а в случаи гибели воина его надел передавался его совершеннолетнему сыну, если же совершеннолетнего сына не было, то его матери с детьми выдавалась треть надела на пропитание (п. 29).

«Если сын его малолетен и не может нести повинность своего отца, то должно отдать треть поля и сада его матери, и мать вырастит его»

. Служащим царя не возбранялось приобретать частную землю из общинного фонда (п.

39)

«Из поля, сада и дома, которые он купил и приобрел, он может отписывать своей жене и дочери, а также отдавать за свой долг»

. Законы Хаммурапи — сборник моральных установлений или отчет царя перед богами с описанием тех судебных дел, которые разбирал Хаммурапи — так до сих пор думают многие историки, не придя к единому мнению. Законы эти дают историкам широкую картину жизни Древнего Вавилона.

В целом же, Законы Хаммурапи были направлены на поддержание существующей жизни и, по мнению ряда историков, препятствовали изменениям в обществе.

«Законы» принадлежат к важнейшим источникам по древневавилонскому и вообще древневосточному праву, на долгое время послужили основой вавилонского права и тем самым дают возможность восстанавливать многие стороны социально-экономического строя Месопотамии II тыс.

до н.э. Следует учесть, что Хаммурапи, существенно усилив роль государства в общественной и хозяйственной жизни страны (впоследствии частично утраченную), не изменил основ этой жизни, как они сложились в начале тысячелетия и сохранялись вплоть до его конца, а частично и позже. 1. Дьяконова И.М. «История Древнего Востока.

Ч. 1. Месопотамия», М., 1983г., 2. Жидков О. А. и Крашенинникова Н.

А. «История государства и права зарубежных стран», М., 1999г., 3. Хрестоматия по истории Древнего Востока, М.,1980.

Брачно-семейные отношения и права наследования

Брак заключался на основе письменного договора между будущим мужем и отцом невесты и был действительным только при наличии этого договора.

Главой семьи был муж. Замужняя женщина обладала некоторой правоспособностью: она могла иметь свое имущество, сохраняла право на принесенное ею приданое, имела право на развод, могла наследовать имущество после мужа вместе с детьми. Однако права жены были ограничены: за неверность, определяемую в законе как прелюбодеяние, она подвергалась суровому наказанию. Брак в Вавилоне, как и везде, считался законным при соблюдении определенных юридических формальностей: необходимо было заключить брачный контракт, причем при свидетелях (обычно устный), а иначе этот брак не имел законную силу (ст.

128)

«Если человек возьмет жену и не заключит письменного договора, то эта женщина не жена»

.

Неверность со стороны жены каралась смертью (ст. 129). Были установлены подробные правила для разбора обвинений такого рода (ст.130, 136). При определенны обстоятельствах она могла быть и оправдана, например, в п.

134 говорится :

«Если человек будет уведен в плен, а в его доме нет средств для пропитания, то его жена может войти в дом другого; эта женщина не виновна»

.

При возвращении воина из плена его жена возвращалась к нему (п. 135), но это правило не распространялось на ее детей, рожденных от другого. В этой статье говорится: «дети следуют за их отцами», что может свидетельствовать о том, что эта женщина могла войти в дом другого человека, уже имея собственных детей и в случае возвращения своего мужа из плена эти дети, конечно же, уходили назад вместе с ней, но она не могла забрать с собой детей рожденных от человека, который ее содержал все это время.

Если же жена в отсутствие мужа могла прокормить себя, но вошла в дом другого, этот случай приравнивался к измене и карался смертью (п.

133). Законы о супружеской неверности распространялись только на женщин, мужья могли сожительствовать с рабынями и прижитых с ними детей признавать своими законными детьми (п. 170). Смертной казнью они карались лишь в том случае, если соблазняли жену свободного человека.

(ст. 128). В определенных обстоятельствах: болезнь жены (п. 148), женитьба на жрице, которой не позволялось иметь детей (п. 145), плохое поведение жены ( п.

141 ) муж мог взять вторую жену.

Мужу запрещалось расточать имущество жены или распоряжаться им без ее согласия. Закон стремится примирить между собой два требования: сохранить за детьми имущество их матери и не изымать его при этом из оборота.

Целью брака являлось рождение детей, которые унаследуют семейное имущество и будут поддерживать культ предков. Ст.141: «Если жена человека, которая живет в доме человека вознамерится уйти и станет поступать расточительно, станет разорять свой дом, позорить своего мужа, то ее должно изобличить, и если ее муж решит покинуть ее, он может покинуть ее; он может в ее путь не давать ей никакой разводной платы.

Если ее муж решит не покидать ее, то муж ее может взять замуж другую женщину, а та женщина должна жить в доме своего мужа, как рабыня». Слова «станет разорять свой дом» могут свидетельствовать о том, что замужние женщины в древнем Вавилоне могли наравне с мужчинами заниматься торговыми делами и распоряжаться средствами семьи по своему усмотрению, на благо семьи.

Так как в браке большую роль играло имущество, то Законы Хаммурапи подробно рассматривают вопрос об имущественных отношениях между супругами: о приданом и брачном выкупе (ст.

159 164), о раздельной ответственности по долгам, возникшим до брака (ст.151 152), об имуществе жены (п. 150). Будучи главой семьи, отец имел сильную власть над детьми: он мог продавать детей, отдавать их в качестве заложников за свои долги, отрезать язык за злословие на родителей. Во всяком классовом обществе огромную роль играет институт наследования.

С его помощью богатства, накопленные поколениями собственников, остаются в руках одного и того же класса. Различаются два вида наследования — по закону и по завещанию.

Первым по закону возникло право наследования по закону, имущество оставалось в роде, с распадом рода оно сосредотачивалось в семье и являлось ее общей собственностью. Наследование по завещанию появляется на более высоком этапе развития частной собственности: право распоряжаться своим имуществом вопреки традиции, по своей воле, передавать его неродичу не было известно в глубокой древности. Законник Хаммурапи говорит главным образом о законном наследовании, завещательная свобода находится еще в зародыше.

Наследниками являлись не только родные и усыновленные дети и внуки, но и дети от рабыни — наложницы, если отец признавал их своими.

Причем отец не имел права лишить наследства сына, не совершившего преступления.

Отец вправе отказать сыну в наследстве, но не по произволу, а в наказание за » тяжелый грех», да и, то по разрешению судей, которые исследуют дело. Первоначально право завещания было не столько выражением свободы усмотрения наследодателя, сколько ограничением этой свободы. В Законнике Хаммурапи дети наследуют в равной доле: сестры получают столько же, сколько и братья, это важная особенность семитических законодательств.

Ничего подобного нет ни в одном старом афинском, ни в старом римском праве. Долю умершего получают его дети.

Усыновленные наследуют на равных основаниях с «законными» детьми. Дети, прижитые от наложницы, наследуют, если отец признает их своими и только движимое имущество.

Брак, семья и наследование по судебнику Хаммурапи

Законы Хаммурапи (фактически судебник) были составлены, по некоторым предположениям, в конце его правления и вобрали законы предшествующих правителей, обычное право и собственные установления Хаммурапи — его указы и типичные решения судебных дел. Наследование равными долями для братьев и сестер (важная особенность семейных традиций, которых не было ни в Афинах, ни в Риме.

Усыновление. Дети, принятые от наложницы, наследуют только движимое имущество и лишь в случае, если отец признает их своими. Договорный характер брака и право на развод для обеих сторон (ст.

127-195). В случае смерти жены ее приданое становилось собственностью ее детей, а при отсутствии последних возвращалось в дом отца (ст. 162—163). С развитием частной собственности в приданое стали даваться земля, строения, скот. Предусматривалось наследование по закону, а также со свободой завещания, при этом:

  1. Г) дети, прижитые наследодателем от рабыни-наложницы, наследуют только в том случае, если отец признал их своими детьми (в этом случае они получают часть движимого имущества), если не признал своими, то они получают только свободу;
  2. Б) долю умершего сына получают его дети — внуки наследодателя, которые точно так же делят ее поровну;
  3. А) дети, независимо от пола, наследуют отцу и матери, получают равную долю;
  4. В) усыновленные наследуют на равных основаниях с детьми;
  5. Д) если после смерти раба, которому хозяин (дворец или мушкенум) разрешил обзавестись собственным домом и жениться на свободной, оставалось имущество, половина его шла хозяину, а полови на (не считая приданого жены) делилась между детьми умершего (они были свободными в силу происхождения от свободной матери).

Допускалось усыновление ради продолжения рода (усыновленный без права наследования имел право вернуться к своим родителям) либо ради приобретения рабочих рук.

Предусматривалось также дарение как своеобразный эквивалент завещания. Брак заключался на основе письменного договора между будущим мужем и отцом невесты и был действительным только при наличии этого договора. Главой семьи был муж. Замужняя женщина обладала некоторой правоспособностью: она могла иметь свое имущество, сохраняла право на принесенное ею приданое, имела» право на развод, могла наследовать после мужа вместе с детьми.

Однако права жены были ограничены: за неверность (определяемую в законе как прелюбодеяние) она подвергалась суровому наказанию; если была бесплодна, то мужу разрешалось иметь побочную жену. Будучи главой семьи, отец имел над детьми сильную власть: он мог продавать детей, отдавать их в качестве заложников за свои долги, отрезать язык за злословие на родителей. Хотя закон и признает наследование по завещанию, преимущественным способом наследования является наследование по закону.

В качестве наследников выступали: дети; усыновленные дети (Законы Хаммурапи разрешают усыновление детей); внуки; дети от рабыни-наложницы, если отец признавал их своими.

Последние новости по теме статьи

Важно знать!
  • В связи с частыми изменениями в законодательстве информация порой устаревает быстрее, чем мы успеваем ее обновлять на сайте.
  • Все случаи очень индивидуальны и зависят от множества факторов.
  • Знание базовых основ желательно, но не гарантирует решение именно вашей проблемы.

Поэтому, для вас работают бесплатные эксперты-консультанты!

Расскажите о вашей проблеме, и мы поможем ее решить! Задайте вопрос прямо сейчас!

  • Анонимно
  • Профессионально

Задайте вопрос нашему юристу!

Расскажите о вашей проблеме и мы поможем ее решить!

+